Официально они воспитатели и воспитанники, реально – дети и родители

vjun

Десять лет назад в день христианского праздника Веры, Надежды, Любови и их мудрой матери Софии, в Южноукраинске был организован первый детский дом семейного типа. Виолетта и Василий Вьюны приняли в свою дружную и многодетную (своих трое) семью новых детей, разных по возрасту и характеру, но каждого со своей сложной судьбой.

О том, как  все начиналось и чем сейчас живет семья Вьюнов, рассказала «Контакту» Мама с большой буквы Виолетта Николаевна.

— Как вы пришли к тому, чтобы создать детский дом семейного типа?

— В моей семье всегда сочувствовали детям, которые оказались в интернате. Видимо, по той причине, что наша бабушка, моя мама, воспитывалась лет с десяти в таком учреждении. В  послевоенные годы у нее умерла мама. Бабушка всегда рассказывала об интернате позитивно, как там было все хорошо  и замечательно, но я интуитивно понимала, что в семье все равно жить лучше. И когда наши трое подросли, они тоже с сочувствием и сопереживанием относились к таким детям. Этот вопрос меня занимал давно, когда еще училась в педагогической академии в Кировограде. Одна из наших преподавателей уже тогда была мамой детского дома семейного типа. Тогда не было таких программ, как сейчас, которые поддерживают такие семьи. Ей было сложно, но тем не менее ее воспитанники сильно отличались от интернатских. Меня впечатлило, что дети, которые потеряли родителей, могут жить по-разному, и они могут вырасти достойно. Очень впечатлило. Поделились этими мыслями со своими родственниками и со своими сотрудниками, но на тот момент практически невозможно было их реализовать. В девяностые годы работала в училище, сейчас это лицей. На специальности «слесарь по ремонту реакторного турбинного оборудования». Да, сложная такая специальность. До того работала в ПТУ в Николаеве –  у меня небольшой стаж уже был, лет 11.  Это училище обувной фабрики. Мне нравилось моделировать обувь, рисовать и все такое. Все случайное закономерно: я познакомилась с семьей Шпалянских, которая была в нашей области детским домом семейного типа. Очень тесно. Узнала их быт. Одно время я даже проживала там в селе.  Это Новобогдановка Николаевского района. Мне понравилось. Я благодарна этой семье. Я, как мать, как женщина, во многом построила свои отношения, семейный уклад так, как это было у них. Благодаря тому, что они в свое время впустили меня в свою семью, видела, как у них все происходит, начиная с подъема, завтрака и до вечера, как они общались с детьми, готовили уроки. В один прекрасный момент, когда службой по делам детей в нашем городе руководила Басараб, а мэром был Кичак, как-то так сложилось и сошлись интересы: в Южноукраинске хотели открывать детский дом семейного типа.  Я с этим вопросом подошла к Татьяне Николаевне прямо на улице, потому что мы были знакомы по работе в лицее.  Я сначала не очень серьезно отнеслась, но все-таки начали собирать документы. Мы с Василием Васильевичем прошли обучение в Николаеве, получили сертификат о том, что можем быть приемными родителями. Так как наша жилплощадь не позволяла принимать к себе и прописывать приемных деток, исполком выделили квартиру, сделали ремонт, благоустроили. Мы перешли туда, и вот уже девять лет в этой квартире мы живем.

— Вы как-то подбирали себе воспитанников?

— Так как мы были первыми (в программе, по которой проходили обучение, были особенные нюансы, не такие, как раньше), у нас не оставалось выбора. И мы себе не ставили целью выбирать кого-то. Шли к этому делу с уверенностью, что не можем отказывать тем, кому мы нужны, кто нуждается. Как можно сказать: тебя мы берем, тебя не берем? Перед тем, как  сформировалась наша семья, я некоторое время работала в социальном отеле и хочу поделиться своими ощущениями. Особенно тяжело было в ночные смены, потому что днем дети все время заняты, а ночью подступает вся боль. И в каждой комнате слышался плач. Плакали все, даже взрослые мальчишки, которым по 16 лет. Вот это выдержать было просто невозможно. Дневная смена еще ничего, а ночная –  вся в слезах: они хотят домой, а их родители ничего не делают для этого. Поэтому мы так решили, что выбирать не будем. Кто пойдет к нам, тех и возьмем. Была тогда одна девочка, очень хорошая, умненькая, развитая не по годам. Но образ папы и мамы у нее был совершенно другой и не совпадал с нашим. Она даже у нас жила некоторое время на нашей старой квартире. Маленькая девочка, лет пяти, но было видно, что ребенок нас не принимает. И, посоветовавшись с социальными службами, мы решили, что девочке нужно подыскать другую семью. Остальные дети входили в семью нормально.

— Ваши дети-воспитанники сразу к вам попали?

— Первый ребенок – Анастасия Сергеевна, попала к нам в пятилетнем возрасте. Сейчас ей уже 15. Мы ездили в Николаев за ней. Там была такая ситуация, что все сроки вышли, и ее должны были отправлять в интернат. А все приемные семьи еще учились, у них не готовы были документы, позволяющие брать детей на воспитание. Деткам, которые попадают в интернат, потом слишком сложно адаптироваться. Мы поехали, привезли. Потом была девочка из нашего города. Не буду называть имя, потому что она прожила у нас около года и вернулась благополучно в свою семью. Потом еще одна девочка 12 лет, которая прожила с нами около трех лет. Очень сложная. У нее есть семья в Николаеве, и она туда вернулась уже во взрослом возрасте. Если говорить о детях, которые вернулись, был еще один юноша. Он к нам пришел в 12 лет и до 18 нуждался в нашей опеке, потом решил жить самостоятельно. Все это время поддерживал связь с семьей, общался с мамой, братьями, дядей и вернулся к ним. Мы всех возим к родителям, у кого они есть, мы стараемся, чтобы был контакт, когда они не пьяные…

— Кто у вас в семье живет сейчас?

— Анастасия Сергеевна, она самая серьезная у нас, ответственная. Она любит заниматься с малышами и проводила уроки в школе, когда была неделя самоуправления. Она любит заниматься рукоделием, обладает художественным мышлением, вышивает. Есть работы бисером и в технике «декупаж». Мы в основном поддерживаем то, что дети осваивают на уроках труда. Показал преподаватель, понравилось, мы дома немножко поработали. Дальше у нас два Николая, одному 17, другому – 14.  Они тоже у нас с младшего возраста, с 5-6 лет.  Еще у нас есть братик и сестра Брачук: Леночке 12 лет,   Паше – 10. Из всех детей круглая сирота только Настя, чтобы вы понимали.

— Как такие разные дети уживаются между собой, они чувствуют себя семьей?

— По-разному. Бывают моменты, что воспринимают нас как семью, бывает, что – нет, когда у них тяжелое состояние, потому что никогда ничего не проходит бесследно: остаются психологические травмы. Это на всю жизнь. И наша задача, чтобы дети понимали, что они не сами. У нас есть так называемое социальное сопровождение: социальные педагоги, социальные службы, с которыми мы тесно работаем, и всякие нюансы нам приходится вместе улаживать. Это не просто – собрать детей из разных семей. У нас только брат и сестричка из одной семьи, остальные – из разных, и все с негативным опытом, которым делились между собой. Можете себе представить, какая это гремучая смесь. Поэтому без социальных работников нам невозможно. Первые годы, когда было очень трудно, много помогали медики, чтобы правильно подобрать лечение.  Детский невропатолог Галина Паначева – это практически наш семейный врач, она очень трепетно относится к нам. В нашем случае очень большая помощь была именно на первом этапе становления. Мы его благополучно прошли, и дети самостоятельно развиваются.

257439242

— А собственные дети намного старше приемных?

— Да. Нашей внучке 10 лет. Как раз она родилась за несколько недель до формирования детского дома.

— Какие отношения между ними складывались? Ваши дети и воспитанники жили вместе?

— Старшие дети мне помогали. Практически без их помощи я бы, как мама, не справилась. Василий Васильевич со своими обязанностями как-то справлялся, а для меня это было тяжеловато, поэтому старшие дочери всегда помогали и на кухне, и на прогулке. Малыши же были. Паша пришел к нам в возрасте не более двух лет. Все отставали в развитии, не умели делать то, что могут в этом возрасте делать дети в семье. Всему приходилось уделять много внимания, обучать. Не прошли они мамину школу, социально были не адаптированы.

— Сейчас, когда все подрастают, вы не планируете еще кого-нибудь взять?

— Расскажи о своих планах и рассмеши Бога. Ну, в принципе теоретически это возможно, но мы пока в силу своего возраста прекрасного (когда начинали, мне было 42 года сейчас на десять лет больше)  этого делать не собираемся. Думаю, что дети заслуживают молодых, здоровых, красивых родителей. Мы же собираемся на тренерскую работу, чтобы помогать другим. Но бывают случаи. У Насти, например, есть младшая сестра. Сейчас у нее все в порядке, она живет у родственников, но если что-то изменится, и девочка будет нуждаться в семье, мы готовы взять. Бывает так, что обнаруживается еще младший брат или сестра. Чтобы не разделять детей, мы готовы. А так просто, чтобы увеличить семью, такого у нас в планах нет.

— И сколько у вас человек в семье?

— Наши дети своей жизнью живут, сын – в городе, дочери – далеко, приезжают редко, у всех свои семьи, а мы живем с пятью воспитанниками.

— А если оглянуться, десять лет назад вы правильный сделали выбор?

— Правильный. Ни одного дня не сомневалась. Я жалею, может быть, о каких-то поступках внутрисемейных, где-то не правильно поступила, может надо было как-то иначе, но я рада каждому ребенку, кто у нас был. Кто-то прожил с нами девять месяцев, кто-то два года и больше. Я каждому рада, и не поменяла бы их ни на каких других детей.

— Какие особенные события за эти десять лет вам запомнились?

— Радостные. Было много моментов, которые запомнились на всю жизнь. Когда росли мои дети, на многое я не обращала внимания. С приемными – все по-другому. Научился кушать – радость необычайная, научился пользоваться горшком – радость необычайная! Вылечились и сняли с учета в больнице – радость! Были дети с задержкой в развитии, которые в пять лет не разговаривали. Первые слова сказал – радость! Первый рисунок – радость! Когда слышишь вменяемую речь, видишь какие-то зрелые поступки, это все – радость, радость, радость! И сказать, что больше меня радует, не могу. Все! Когда дети развиваются, когда они здоровы! В моем случае, до того как стала приемной мамой, я не достаточно ценила, когда все было благополучно. Переживали, конечно, как все кризисные моменты, но в сравнении с тем, в каком запущенном состоянии были наши воспитанники, и как ребенку трудно взрослеть, когда им никто не занимался, это такая малость.

Лариса МИНИНА

Вы можете пропустить чтение записи и оставить комментарий. Размещение ссылок запрещено.

Оставить комментарий

Чтобы иметь возможность оставлять комментарии, вы должны войти.